Про историю Сиэтла и немного про будущее Владивостока

Из других рассказов экскурсовода по подземному Сиэтлу в памяти осталось следующее.

В первые десятилетия после своего основания этот город восхитительно пах свежими опилками. Он был окружён лесорубами и напичкан лесопилками. Почти весь лес уходил морем и на починку кораблей. Поэтому мудрые отцы города поставили его на самой кромке прилива. Мощные волны дважды в сутки уносили все опилки вместе с лошадиным навозом, а по утрам то и другое быстро насыпалось заново.

Но однажды на Аляске вспыхнула золотая лихорадка. Путь туда лежал через Сиэтл. Ларьки стали строиться во множестве там, где кипел бизнес – между лесопилками и судами с ордами золотоискателей. Естественно, дважды в сутки их заливало. В дорогих магазинах и кафе от перепадов давления взрывались унитазы. Ну и покупателям добраться было сложно. Зато опилок стало теперь гораздо больше. Решили засыпать ими улицы и плотно утрамбовывать, со стороны воды защищать опалубкой. Чтобы приливом не уносило.

Всё это было замечательно, но очень изменился запах. А прилив между тем коварно рыл свои норы. Когда высота опилочной мостовой достигла пары метров, внутрь неё стали проваливаться лошади. Вместе с экипажами. Их по возможности вытаскивали, но оставались дыры. Туда обваливались по краям соседние опилки, прилив через свои подземные норы уносил их в море. Получались небольшие озёра. В школах ввели обязательные уроки плавания. И стали сыпать больше опилок, чтобы хоть сверху они оставались сухими. На двухметровый слой вонючей пульпы положили доски, а на них прочный метровый пласт утрамбованных свежих опилок. Наконец можно стало спокойно ездить.

Но в одно жаркое лето город вспыхнул и сгорел начисто. Вместе с магазинами, опилками и лесопилками.

У этой истории есть одна интересная особенность. В длинной цепи перечисленных заморочек о каждой из них читатель может легко догадаться и сам. Догадывались, очевидно, и сами градостроители. Просто им было пофиг — часто менялись и думали вперёд на несколько месяцев максимум. Впоследствии в науке появилось новое понятие – жизненный цикл продукта. В частности, строя любую большую штуковину, думают заранее, что с ней будет дальше, вплоть до неизбежного полного разрушения. Вроде бы очевидно всё это, а я вот задумался о дальнейшей судьбе пилонов владивостокских мостов, 320 метров бетона по вертикали. Очевидцы строительства кое-что рассказали. Сколько простоят и как будут падать? Попытаюсь дать оценку в следующей серии…

рассказать друзьям и получить подарок

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *